Ничего не жду я ниоткуда,
Всё быльем, что было, поросло,
Подлости, измены, пересуды,
И добро, и радости, и зло.

На закате прошлых отношений
Лишь остались светлые мои –
Две любви, красивы и священны,
А верней, два храма на любви.

Я поверил звезде –
В свой удачливый рок.
К небу руки воздев,
Выступал как пророк.

Запрокинув лицо,
Глотку я открывал
И в атаку бойцов
От земли отрывал.

Сколько раз – и не счесть! –
Жребий счастья тянул,
Не погиб чтобы весь,
Не горел, не тонул…

Навалилась стеной
На меня высота,
Над упругой спиной
Подводилась черта.

Но не верьте, что я
Высоты той не взял,
Что на скользких камнях
Был убит наповал.

Вы ходили в кино,
Бой наш видели там…
Хоть с трудом, все равно,
Я, шатаясь, но встал.

И, поднявшись наверх,
Почерневший, в золе,
Ел обугленный снег,
Припадая к земле.

Когда меня совсем не будет,
И все забудут про меня, -
Ты посреди студеных буден
Не заглушай в душе огня.

А в наш обуглившийся праздник
Ты с кем-то вместе или врозь
Припомни, как нам несуразно,
Но всё же радостно жилось.

Как я любил, любовь, скрывая,
Страдая, сам себя браня
За то, что знал, где радость рая,
И знал, кто ждёт в раю меня.

Но, понимая, безответно
Шёл по другой дороге я,
Забыв твоей тоски приметы,
Её безмерные края.