От радуги до темного окна,
От звона нарастающей капели
До осени, в которой я одна -
Ветра и флюгера негромко пели.
Я снова живу, как в печали дня,
Прощаясь солнцем, тянутся к закату
И голоса. Которым нет возврата.

Разве ангел в трубу подул?
Разве мира закат был?
То ли ветра шум, то ли гул
Перекрещивающихся крыл.

Сердце мое, не рыдай.
В новый век спокойно войди.
Смирись, не скорби, не гадай
О том, что ждет впереди.

Судьбу себе не украсть.
Она сама все возьмет.
Здесь лучше смиренье прясть
И слушать горний полет.

От окна до окна
Протянулись следы,
От окна до окна,
От беды до беды.

Два следа -- две свечи,
Два следа -- как струна.
И, стучи -- не стучи,
Не откроют окна.

Отворяется дверь,
Чтоб захлопнуться вновь,
Отворяется дверь,
А на улице кровь.

О счастье человечества
Он много думал и устал.
Пора б ему и отдохнуть,
Как тяжек был пророка путь!

Но он не хочет отдыхать,
Желает заново мечтать.
Читает Библию весь день
И от него отходит тень.

О, беглость чтения и честь,
О, честность и благая весть.
Ветра удачи стали дуть
Туда куда направлен путь.

Он тяжесть жизни позабыл,
Христу спасибо говорил
За то, что он живет пока.
Хранит мыслителя судьба!

Сидел, молился Богу он
И не желал ни свет, ни трон.
Хотел увидеть Рай в душе,
- Недолго жить осталось мне.

Мыслителя я вспомнил,
Он был необычайно стар,
Но свет в душе хранил всегда.
Считал, что жизнь есть красота.

О, бедная Корделия, зачем
Несправедливо так с тобой поступили?
Твой образ людям — нравственный тотем,
Мотив для сказок, образец для были.

Дала царю ты правильный ответ
Лишь свет души способен на такое!
И даже для моих неполных лет
Он равен океану, а не морю.

Мне жаль тебя, о, дева-героиня,
Словами грусть мою не передать.
Всему виною царская гордыня,
Всему виной неограниченная власть.

Принцесса, я люблю таких, как ты,
Останешься ты в памяти навечно,
Как образец добра и красоты,
Чтоб мы несли их дальше бесконечно.

Страница 464 из 490